Лента новостей

С момента крушения бомбардировщика СУ-24М в Курганской области прошло два месяца – причину аварии сейчас устанавливает следствие. Однако главный вывод из случившегося можно сделать уже сейчас – если бы не профессионализм и героизм экипажа, самолет упал бы на деревню. Сегодня, 12 апреля, во Всемирный день авиации, пилоты судна – начальник войсковой части 69806, гвардии полковник Николай Гостев и начальник отдела воздушно-боевой подготовки части, подполковник Андрей Ермаков – впервые рассказали о случившемся. Подробнее о последних минутах полета и последствиях катастрофы – в материале Агентства новостей «Доступ».

Каждый день в небо с авиабазы Шагол (войсковая часть 69806, Челябинск) поднимаются десятки фронтовых самолетов, среди них – бомбардировщики СУ-24. Так и 13 февраля 2012 года вечером с аэродрома для выполнения учебно-тренировочного полета в воздух поднялась очередная «сушка». Экипаж – асы с тысячами часов налета: за штурвалом – гвардии подполковник Андрей Ермаков, в штурманском кресле, в роли инструктора, полковник Николай Гостев. Полет проходит нормально, экипаж выполняет команду «дозаправка в воздухе», а дальше...

«Полет выполняется на большой высоте, в вечернее время. Выполняется дозаправка в воздухе, и в это мгновение происходит нештатная ситуация в работе авиационной техники. Возникает пожар с последующим взрывом – в кабине сразу темнота, ничего не видно. Мы начали выполнять совместные действия по работе в ЧС: пытались запустить двигатели. Дальше оценили высоту, посмотрели направление полета самолета и увидели прямо впереди деревню, как узнали позже, Калмык-Абдрашево», – рассказывает Гостев.

До земли – около 500 метров, но экипаж остается в салоне горящего судна, делая все, чтобы увести его от населенного пункта. Командир отдает решение катапультироваться, только когда видит, что деревушка с огоньками домов позади. Зато земля – уже совсем близко.

«Решение катапультироваться было принято, когда до земли оставалось 130 метров, и до взрыва – чуть больше секунды. Приземлились – увидели, что везде снег. Весь экипаж действовал грамотно. Все что можно было сделать в данной ситуации, было сделано. Первое и основное, о чем мы думали: увести горящий самолет от деревни, причинить минимум ущерба на земле», – добавляет полковник.

Интересно, что катапультируются летчики не вверх, а в сторону, так как самолет падает носом в землю. Уже приземлившись, в лесу, в сугробах, понимают: они – выжили, население – не пострадало. По сотовым телефонам авиаторы связываются с базой, докладывают о случившемся. А тут уже подбегают жители деревни, заметившие яркую вспышку в небе и отследившие падение самолета.

«Огромное спасибо жителям деревни Калмык-Абдрашево. Они к нам подбежали буквально через 20 минут после случившегося, вызвали санитарную машину, предложили свою помощь. Настроены были крайне доброжелательно», – поделился подполковник Андрей Ермаков.

Уже поздно ночью, 14 февраля 2012 года, экипаж возвращается на авиабазу. Дальше – допросы у следователей, прохождение военно-врачебной комиссии.

Телесных повреждений летчики не получили, признаны годными к летной работе без ограничений – а работы хватает.

После катастрофы полеты СУ-24М были приостановлены на месяц. За это время определены шаги по доработке самолетов. Количество параметров, по которым судно проверяется перед вылетом, увеличилось с 200 до 300.

«Могу заверить, что подобной ситуации больше не произойдет. Всего по России сейчас летает около двух тысяч СУ-24М – это не так много по сравнению с 90-ми годами XX века. И каждый бомбардировщик прослушивается, как живой организм», – заключил Николай Гостев.

Причины аварии челябинского самолета пока устанавливаются. Обломки самолета подняты со дна озера усилиями курганских водолазов – водоем полностью очищен от разлившихся в него полутора тонн толпива и 200 литров масла

Марина Малкова-Козловская