Денис Чернятьев: Коррупция оскорбляет государство

Новый глава СУ СКР по Челябинской области изучает местную криминогенную обстановку, знакомится с громкими «висяками» и ставит задачи на будущее. Как на Южном Урале будут раскрывать замороженные уголовные дела и бороться с коррупцией – в материале Агентства новостей «Доступ».

– Денис Николаевич, вы переехали к нам из Курганской области. Уже присмотрелись к Челябинскому региону? Какие особенности криминогенной обстановки заметили? 

– Объемы работы на Южном Урале возрастут в разы. Следователи тут имеют большую нагрузку, так как численность населения выше и количество регистрируемых преступлений больше. Не секрет, что Челябинская область – это один из самых криминогенных регионов не только в УрФО, но и в России. Уровень жизни населения здесь выше, чем в Курганской области, поэтому больше тяжких и особо тяжких преступлений совершается по корыстным мотивам. Также хорошо развита организованная преступность. Если в Кургане после 90-х бандитизм почти исчез, то в Челябинске нет. Кроме того, сюда стекается много мигрантов, и это тоже вносит свою струю в развитие криминогенной ситуации. Большая проблема – игорный бизнес. Знаю, что тут организаторы тесно связаны с чиновниками и сотрудниками правоохранительных органов. С этой заразой надо бороться, причем совместно с другими ведомствами. 

– Какие задачи ставите перед собой в первую очередь?

– Для начала хочу понять криминогенную обстановку, чтобы соответствующим образом выстроить работу. Вторая задача – улучшить межведомственное взаимодействие с полицией, прокуратурой, судом, а также областной властью. Только комплексное слаженное противодействие преступности даст результаты. Кроме того, в ходе расследований мы можем выявлять просчеты и вносить коррективы в работу других служб, делиться информацией о преступлениях. 

– Ожидаются ли какие-то кадровые перестановки?

– Упразднен следственный отдел по Челябинску, но все следователи из него вошли в новые три отдела по расследованию особо важных дел в областном управлении. Всего 23 следователя. Первый отдел займется расследованием особо тяжких преступлений против личности и организованной преступности, второй – коррупционными преступлениями, а третий потянет резонансные дела по Челябинску и другим крупным городам области. Там собраны квалифицированные специалисты, способные расследовать дела любой категории сложности. Других кадровых изменений не предвидится.

– Какие дела обычно берете под личный контроль?

– Считаю своим долгом быть в курсе хода расследования всех резонансных дел, которые вызывают отклик у общественности, а также дел коррупционной направленности в отношении специальных субъектов, высших руководителей федеральных и региональных структур. Под личным контролем держу расследование преступлений в отношении детей и преступлений, совершенных в условиях неочевидности.

– Какие-то дела в Челябинской области уже успели вас заинтересовать?

– Взял на особый контроль дело по хищению денег у обманутых дольщиков дома 173 по улице Труда. Следствие по нему сейчас завершаем. В ближайшее время материал уйдет в суд. Очень интересное, на мой взгляд, дело в отношении главы Троицка Щекотова, который обвиняется в получении взяток. Буду держать его на личном контроле. В Троицке вообще много резонансных дел, связанных с коррупцией. Думаю, там не все в порядке в организации муниципальной власти. Коррупция на пустом месте не рождается, значит, создаются благодатные для нее условия. Мы будем выяснять какие и информировать компетентные органы, чтобы они их устраняли. И вообще собираемся системно анализировать сферы, категории чиновников и тенденции в организации власти, которые чаще всего подвержены и предрасположены к коррупции. 

– Это можно назвать профилактикой коррупции?

– Расследование таких дел уже само по себе – профилактика, но мы нацелены на принятие более широких мер. Результаты анализа преступлений мы направим в органы власти. Например, депутатам, чтобы они принимали законы, которые будут способствовать противодейтвию коррупции. В идеале нужно сформировать в сознании людей и чиновников понимание того, что коррупция недопустима. Это оскорбляет государство. Как детям прививаем нетерпимость к наркотикам, так надо прививать нетерпимость к взяткам. Понимание того, что нельзя проблемы решать обходными путями, это аморально. И за каждый такой проступок должно следовать неотвратимое наказание. В одном из государств, например, дошло до того, что несколько поколений в семье коррупционера потом не имеют права занимать госдолжности. У нас идет практика по назначению штрафов, в разы превышающих сумму взятки. Это уже ощутимый результат.

– Что планируете делать с громкими нераскрытыми делами, которые накопились в Челябинской области? Например, убийство Середкиных, серийный аптекарь, убийство бизнесмена в Кременкуле…

– Я ознакомился еще не со всеми приостановленными делами. В моих планах – детально вникнуть в организацию их расследований. Я не сомневаюсь, что до меня люди не менее профессионально занимались этими вопросами, но свежим взглядом иногда полезно посмотреть и сделать новые выводы с течением времени. Основная версия по Середкиным – заказное убийство, а такие преступления, как правило, носят организованный и спланированный характер, поэтому раскрывать их сложно, но возможно. По моему глубокому убеждению, абсолютно не раскрываемых преступлений не бывает. Надо просто не опускать руки и продолжать работать в данном направлении.

Ольга Плеханова