Александр Кузнецов, министр образования и науки Челябинской области: Уверен, учителя боятся ЕГЭ не меньше своих учеников

Приближение выпускных экзаменов в школе, да и в любом учебной заведении – всегда дополнительная эмоциональная нагрузка для тех, кто задействован в процессе образования. Итоговая аттестация нервирует не только будущих абитуриентов и их родителей, но и педагогов, чьи знания сквозь призму времени за короткий срок должны будут отразить ученики. О том, действительно ли нужно бояться ЕГЭ, что нового ждет в этом году выпускников школ на экзаменах и других проблемах в обучении читателям Агентства новостей «Доступ» рассказал министр образования и науки Челябинской области Александр Кузнецов.

- Александр Игоревич, как Вы считаете, чего чаще всего боятся школьники, когда готовятся к выпускным экзаменам?

- Страхи были всегда – у студентов, выпускников школ и при советской власти, и до нее. Любой выпускник боится итоговой аттестации. Однако я думаю, сейчас ни один здравомыслящий человек не будет оспаривать необходимость ЕГЭ. Ведь это независимая оценка качества знаний в обучении школьника. Раньше была такая проблема: учитель учит, и он же оценивает то, как учит. А оценивать все-таки должна какая-то независимая структура, поэтому сегодня созданы территориальные экзаменационные комиссии, которые организовывают ЕГЭ.

Я тоже боялся экзаменов. И до сих пор кто-то пятаки под пятку кладет, надеясь, что ему это поможет, кто-то кричит: «Халява, приди!», кто-то еще что-то делает, – это нормальный процесс, который психологически понятен и объясним, хотя, в общем-то, страшного ничего нет. И не надо нервничать, переживать, рвать на себе волосы, тысячи детей сдают эти экзамены только в нашей области. А если посчитать по стране…

- Какие изменения ждут школьников в ЕГЭ по математике? Для чего нужно разделение алгебры и геометрии?

- Математика разделяется, чтобы можно было распределить оценки – одну поставить по алгебре, другую по геометрии. Потому что есть два предмета, конечно, они смежные, но геометрия четко не выделялась в КИМах. Сейчас это выделение произошло.

- Какие изменения ждут тех выпускников, которые выбрали ЕГЭ по истории?

- Увеличение иллюстративного материала. Ведь карты на экзамене по истории – непременный элемент сдачи. Знание карты – обязательное условие для выпускника. Ребенок во время экзамена должен продемонстрировать умение пользоваться картой.

Раньше просто технически было сложнее внедрить карты в процесс ЕГЭ, сейчас такие возможности появились.

- Будут ли для учителей организованы выездные ЕГЭ – так же, как это предусмотрено для школьников?

- Учителя, как любые педагоги, проходят ежегодную аттестацию на соответствие квалификационной категории или на соответствие должности, которую они занимают. И эти процедуры предполагают оценку – соответствует ли этот педагог занимаемой должности в той или иной категории или нет. Зачастую эти процедуры приближены к Единому госэкзамену.

Каждый нормальный учитель-предметник всегда самостоятельно проходит ЕГЭ. Когда я преподавал в школе, я тоже его проходил. Да и сейчас захожу на сайт ЕГЭ, там всегда выложены тесты. Выбираешь предмет и пожалуйста, проходишь экзамен в интерактивном режиме. Попробовать свои силы никому не возбраняется – ни учителю, ни школьнику, ни любому обывателю.

А то, что педагоги иногда стращают школьников Единым госэкзаменом, они так же раньше пугали государственным экзаменом – для того чтобы повысить мотивацию школьников к обучению. Это своего рода психологический способ давления на ребенка.

Я считаю, что говорить учителю, что он не понимает страхов ученика, потому что сам не проходил ЕГЭ, это глупо. Педагог четко понимает и осознает степень сложности ЕГЭ еще и потому, что эта процедура характеризует качество работы учителя-предметника.

И когда говорят, что школьник боится ЕГЭ, я уверен: учитель боится его не меньше, ведь когда он готовит выпускника по своему предмету, а потом этот ребенок плохо сдает – это всегда удар по профессионализму и самолюбию педагога. Он понимает, что, видимо, где-то недоработал с выпускником – или в предметной области, не дал соответствующие знания, или психологически. Потому что зачастую дети, накрученные учителями, перегорают или, наоборот, заранее недооценивают степень сложности экзамена, пренебрежительно к нему относятся, чего делать нельзя.

Я себя вспоминаю, когда поступал в университет, то психологически перегорел. Потом, конечно, поступил, в университет, но свой первый экзамен запомнил отчетливо – я пришел его сдавать в восемь утра, но зашел в аудиторию только в пять вечера – боялся зайти, всех пропускал, хотя был одним из лучших выпускников своей школы. И был единственным, кто сдал все выпускные экзамены в школе на «отлично». А ведь тогда сдавали не четыре экзамена как сейчас, сдавали четыре вступительных в вуз, и еще семь выпускных экзаменов в школе, если не больше.

Сейчас сдать четыре экзамена – это полная ерунда. А тогда – больше десяти экзаменов за месяц, вот это действительно была нагрузка.

И поэтому когда говорят, что выпускникам страшно – для меня это не новость. Ну, да, страшно. Мне тоже было страшно. Потому-то выпускной экзамен из школы, а сейчас совмещенный со вступительным в вуз, только один раз в жизни бывает. И, конечно, любому выпускнику хочется, чтобы эта процедура прошла успешно.

Очень важна психологическая подготовка ребенка со стороны педагога, со стороны организаторов ЕГЭ, которые, с одной стороны, дают понять школьнику, что не надо недооценивать экзамен, он государственный, и к нему надо серьезно относиться.

А с другой стороны, сняли бы избыточные страхи с этого ребенка и избыточную психологическую тревожность в отношении этого экзамена, потому что до выпускников 2013 года десять лет выпускники сдавали и хорошо сдавали, и после них еще будут сдавать, я уверен, будут это делать не хуже.

- Как в этом году ужесточат контроль за тем, чтобы школьники не списывали во время экзаменов?

- Если эта процедура независимая, объективная, значит, она должна выявлять не умение ребенка списать, а учебные, предметные способности. То есть экзамен должен быть объективным. Но ведь это вечная борьба: дети изобретают способы нарушить процедуру, организаторы экзамена придумывают разные методы, чтобы повысить объективность экзамена.

Учитывая, что сейчас техника активно развивается, многие используют смартфоны, электронные гаджеты. Еще в позапрошлом году вышел запрет на использование мобильных телефонов и запрет даже на пронос телефонов. То есть неважно, пользовался ребенок телефоном или не пользовался, но если у него был во время экзамена был мобильник – это уже нарушение.

Никаких средств связи у ребенка с собой быть не должно, и если у школьника увидят телефон – это повод, чтобы удалить его с экзамена и не дать возможности даже на пересдачу. Это административное правонарушение. У нас есть уже прецеденты, когда мы в отношении таких выпускников возбуждали дела, потому что служба надзора и контроля в сфере образования за этими вещами строго следит. И того, кого застукали с нарушением, мы стараемся наказать.

И еще желание списать в наших детях из-за очередных издержек менталитета – ребенок вместо того, чтобы действительно хорошо подготовиться и понять, насколько он обучен и способен к дальнейшему обучению в высшем учебном заведении, идет на такие ухищрения. Надо ломать это психологическое представление об экзамене. И все-таки убеждать и детей, и их родителей в том, что списывать нехорошо. Уж лучше написать на троечку, которую ты заслужил, ведь трагедии в этом никакой нет.

В этом году процедура контроля ужесточается – введено видеонаблюдение. Пока еще не на всех пунктах проведения госэкзамена мы можем разместить оборудование, не везде ресурсов хватает. Но уже 40% пунктов камерами оборудованы. Это важно для фиксации всей процедуры, и не только в отношении учеников, но и также для педагогов, потому что зачастую у учеников рождается соблазн списать, когда педагог, даже без злого умысла, но отлучается ненадолго из аудитории, и этим провоцирует ребенка на списывание. Вот чтобы таких вещей не было, предусмотрено видеонаблюдение.

Также это поможет решить конфликтные ситуации, хотя, конечно, камера под парту не заглянет и в голову ребенка тоже.

- Правда ли что выпускники начальной школы тоже будут сдавать ЕГЭ?

- Пока в экспериментальном режиме разрабатывается процедура Государственной итоговой аттестации (ГИА) по окончании четвертого класса. Потому что, по закону, каждый уровень образования, а четвертый класс – это окончание начальной школы, должен заканчиваться независимой оценкой качества полученного образования ребенка.

Поэтому ГИА проходит после четвертого класса, после девятого и после 11-го. А содержание КИМов составлено, с учетом возрастных особенностей школьника.

- Родителей первоклассников в некоторых школах попросили подписать бумаги, подтверждающие, что родители не против пятой трудовой четверти. Действительно ли у школы такие сложные отношения с прокуратурой? Чего этим можно добиться, кроме того, что в школе будет лежать еще больше бумажек?

- Отработка, пятая трудовая четверть должным образом школой не оформлена. У нас по закону образовательная программа  составляется самой школой самостоятельно. И если в эту программу включена трудовая деятельность ребенка в летний период, тогда эта пятая трудовая четверть становится частью образовательной программы, и это уже рассматривается не как эксплуатация труда ребенка, а как нормальная трудовая деятельность, включенная в образовательный процесс, и претензий тогда у прокуратуры никаких не будет.

Привлекать детей к работе надо. С педагогическими и воспитательными целями. Ребенок должен понимать, что школа – это его родной дом, и он должен убирать за собой, а если он будет только эксплуатировать территорию, то воспитательный сектор будет существенно ниже, надо уметь заинтересовать ребенка, чтобы он с энтузиазмом относился к уборке.

- Почему в челябинских ссузах в последнее время участились так называемые «добровольные пожертвования», взносы в которых фиксированы? Обязательно ли нужно их надо платить?

- Слышу про это периодически, ситуации возникают. Конечно, это неправильно, незаконно. Если ребенок поступает на бюджет, то государство выделяет минимально необходимые средства – стипендию, проживание в общежитии, например. Если ребенку и его родителю предлагают внести взнос, то надо поинтересоваться – а на какие цели?

В учреждении может быть масса проблем, у любого руководителя всегда есть потребности, а возможности отстают. И руководители должны искать пути, чтобы эти проблемы решить, а не просто говорить: «Принесите деньги». Это неправильный метод. Он не возбраняется законом, но родитель может согласиться или не согласиться. Я думаю, есть смысл соглашаться, если родителям объяснили, на какие цели пойдут эти средства, во-первых, а во-вторых, если они с этими целями согласны.

Если же они не понимают, зачем деньги собирают, или не согласны с суммами, которые им предлагают внести, то, наверное, сдавать их не надо.

Также никто никогда не отчислит ребенка или не выдаст ему диплом, если он такие взносы не сдал. Это полная глупость. Если такие факты реально существуют, надо просто нам сообщать. Такие руководители будут освобождены от занимаемой должности.

- Сколько в Челябинской области надо построить детских садов, чтобы в них исчезла очередь, и малышей брали сразу, по заявлению?

- Сейчас у нас в области в очереди стоит около 60 тыс. детей, начиная с момента рождения. И если для устранения очередности (из расчета на детей от трех лет и старше), то для 3 тыс. человек надо построить 10-15 садиков, и вроде бы всех детей от трех до семи лет мы тогда устроим. Но если попытаться это сделать, то нужно 500 садиков. Одно дошкольное место путем капитального строительства – это полмиллиона рублей минимум. То есть на 60 тыс. очередников нужно 30 млрд рублей. Тогда надо весь бюджет области потратить на одну только стройку, поэтому мы идем не только путем строительства, мы идем еще путем развития жилого фонда.

Просто строить здания садиков в таком количестве нельзя – демография волнообразна. Сейчас идет прирост числа дошкольников, после 2016 года начнется спад. Мы можем столкнуться с тем, что построенные объекты будут пустыми, а деньги в них уже вложены. Поэтому мы используем и капитальное строительство, и малозатратные формы. Кстати, в Челябинской области это получается достаточно неплохо на фоне других регионов страны, потому что мы лидеры в процессе развития дошкольного образования. Конечно, это не успокаивает тех родителей, которые не получили место в садике... Проблема эта существует, просто она не такая острая как, например, в Екатеринбурге или в Москве.

- Все ли Вас устраивает в современной системе образования?

- Если бы меня все устраивало, работы бы не было. А образование – это гибкий, постоянно меняющийся процесс, и поэтому все время нуждается в доработке.

Беседовала Диана Альмухаметова