На Южном Урале завершился первый день голосования
вчера, 20:43 Политика
НУЖНА ПОМОЩЬ. Не вернулась из МФЦ: в Челябинске пропала 15-летняя девочка
вчера, 19:31 Происшествия
Челябинка примет участие в реалити-шоу «Солдатки»
вчера, 19:11 Общество
Южноуральцам рассказали, где привиться в дни голосования
вчера, 18:55 Медицина
Жительницы Южного Урала поборются за ₽2 млн в конкурсе «Мисс Офис – 2021»
вчера, 18:14 Общество
Посвящение гению: Челябинская филармония ярко открыла юбилейный сезон
вчера, 17:06 Общество
В челябинском облизбиркоме рассказали, какие муниципалитеты голосуют активнее
вчера, 17:03 Политика
Суд признал незаконным обыск у замглавы Минстроя Челябинской области
вчера, 16:29 Общество
Почти 9% южноуральцев проголосовали за депутатов ГД РФ
вчера, 16:28 Политика
В выходные на Южном Урале пройдет мокрый снег
вчера, 16:14 Общество
В центре Челябинска 2 авто вылетели на тротуар
вчера, 16:00 Происшествия
ВНИМАНИЕ. Астрономы предупредили о возмущении магнитосферы 18 сентября
вчера, 16:00 Общество
Более 370 классов закрыли на карантин по ОРВИ в Челябинской области
вчера, 15:19 Медицина
Коммунальщики объяснили, откуда у южноуральца взялись ₽38 млн в квитанции
вчера, 15:18 Общество
Челябинские VIPы показывают пример гражданской ответственности землякам
вчера, 15:15 Политика
ВНИМАНИЕ. В Челябинской области появились первые сообщения о нарушениях на выборах
вчера, 14:43 Политика
В Челябинске утеплитель, оторвавшийся от фасада, разбил машины
вчера, 14:20 Происшествия
Костя Цзю пообещал взять автографы у воспитанников коркинского ФОКа
вчера, 14:05 Общество
В Челябинске покажут объекты в стиле «дизель-панк»
вчера, 13:56 Общество
В Каслинском районе спасатели нашли 75-летнюю женщину на болоте
вчера, 13:34 Происшествия
ФК «Челябинск» проведет одну из важнейших игр сезона
вчера, 12:57 Общество
ВАЖНО. Суточная смертность от COVID-19 на Южном Урале осталась стабильно тяжелой
вчера, 12:21 Медицина
Челябинский губернатор отдал свой голос в первый день выборов
вчера, 12:17 Политика
В Челябинской области 5 ночей будет морозно
вчера, 12:12 Общество
Ситуация с COVID-19 в Челябинской области вновь не улучшилась
вчера, 11:44 Медицина
ЧМК наградил победителей детского конкурса рисунка о спорте
вчера, 11:39 Общество
ВНИМАНИЕ. В 2022 году южноуральцев ждет 27 праздничных выходных
вчера, 11:36 Общество
Суд не смягчил наказание челябинцу, попытавшемуся убить жену
вчера, 11:33 Общество
Открытие АРТ-сквера: для челябинцев выступят фокусники, ходулисты и аниматоры
вчера, 11:14 Общество
Челябинский политолог дал прогноз по явке на выборах
вчера, 10:54 Политика
Косули «Зигальги» сходили на свидание
вчера, 10:49 Общество
В Челябинске авто перевернулось после столкновения
вчера, 10:28 Происшествия
В Южноуральске пожилой водитель насмерть сбил пенсионерку
вчера, 10:24 Происшествия
ВАЖНО. В Челябинской области заработала горячая линия по выборам
вчера, 10:18 Политика
Спикер Заксобрания проголосовал в числе первых на Южном Урале
вчера, 10:16 Политика
Полуголый челябинец терроризирует соседей
вчера, 10:04 Происшествия
Наблюдатели сообщили об обстановке на избирательных участках в Челябинской области
вчера, 10:00 Политика
В Челябинске автоледи сбила школьника на «зебре»
вчера, 09:41 Происшествия
Организаторы назвали новые сроки проведения Ильменского фестиваля
вчера, 09:19 Общество
Школьник поджег квартиру в Миассе
вчера, 08:36 Происшествия

Алексей Тананин, фонд «Источник надежды»: Социальное бюро поможет экс-зэкам пройти «квест» социализации

Интервью
25 сентября 2020 года, 12:06
- T +

Челябинская область входит в пятерку регионов по повторно совершаемым преступлениям и находится на пятом месте в стране по распространенности ВИЧ-инфекции, носителем является каждый сотый южноуралец. И это далеко не полный список проблем, первопричина которых так называемый спецконтингент – граждане, освободившиеся из исправительных учреждений и не нашедшие себя в «мирной» жизни. Просто не сумевшие это сделать и вынужденно взявшиеся за старое. В регионе есть несколько организаций, которые помогают бывшим зэкам встроиться в общество, ресоциализацией занимаются и полиция, и ГУФСИН, и несколько фондов и НКО, но вся работа ведется разрозненно, а потому результаты, хотя и есть, но они пока больше точечные. Сейчас возникла идея – и уже сделаны первые шаги – объединить организации, помогающие экс-заключенным, под эгидой Ассоциации «Социальное бюро», где освободившихся будут возвращать в социум в режиме «одного окна». Как будет выстроена эта работа, какие проблемы бывшим заключенным помогут решить, и зачем все это, в конечном итоге нужно, в интервью Агентству новостей «Доступ» рассказал один из инициаторов идеи, экперт Общественной палаты Челябинской области, гендиректор Фонда «Источник надежды» Алексей Тананин.

- Алексей Валерьевич, ресоциализация заключенных по принципу «одного окна» – идея витала в воздухе?

- Василий Александрович Катанэ, председатель региональной Общественной наблюдательной комиссии, которая занимается обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и содействием заключенным, так же сказал, когда я ему эту идею примерно год назад озвучил – признался, что чувствовал, но не мог сформулировать.

Наш фонд уже более семи лет работает с осужденными, в прошлом году мы с коллегой подали заявку в ОНК. Мы в нее вошли, соответственно, стали чаще выезжать в исправительные учреждения – смотреть, общаться и анализировать работу в этом направлении. И вывод получился не очень радужный: есть три организаций, но каждая из них работает в каком-то своем узком направлении, точечно.

- Например?

- Например, одна помогает женщинам, мужчине не могут предоставить услугу, отказывают. Другая работает только по здоровьесбережению, и если человек пришел с другим вопросом – ему от ворот поворот. Скорее всего, получив пару отказов, он разочаруется и перестанет пытаться – обычная история.

- Получается, ваше «одно окно» – это своего рода межведомственное взаимодействие?

- Скорее, межорганизационное. Мы уже начали в этом направлении работать. Первой задачей было нужно найти какое-то помещение, куда человек мог бы прийти, там пройти консультирование и анкетирование, чтобы определить, какие у него потребности.

- В смысле?

Потому что часто бывает, что сам осужденный не до конца понимает, что ему необходимо в первую очередь, что ему нужно вообще в этом проблема. То есть путаница в головах очень большая. И когда начинаешь раскладывать все по полочкам, часто, бывает, выясняется, что проблема совершенно в другом, чем он видит.


Служба Социальное бюро для бывших заключенных:
Челябинск:
- проспект Ленина, 61-Б;
- проспект Победы, 141 (отдельный вход с торца).
Копейск:
- переулок Славы, 1 (отдельный вход с торца).
Телефоны доверия: 8 (351) 777-47-25, 248-49-85.


- Анкетирование – это первый этап?

- Даже, скорее, интервьюирование, если пользоваться современной терминологией. Проводим глубокое и поверхностное, определяя его потребности. Далее специалист, который находится в том же месте – имею в виду, физически, – переадресовывает его в соседний кабинет или сам начинает работать, если там проблемы по его профилю.

- И какие это могут быть профили?

- Всего направлений работы мы определили три основных. Первое – это здоровье человека и все, что с этим связано: инфекционные заболевания, доступ к лечению, инвалидность. Это практически всеобъемлющее медико-социальное сопровождение людей с такими диагнозами, как, например, ВИЧ-инфекция. Вы же знаете, что Челябинск на 5-м месте по России по ВИЧ, а в исправительных учреждениях – более 20% людей с ВИЧ. И мы эту тему никак не можем игнорировать, потому что если мы этого человека не возьмем на сопровождение, не поможем, не объясним, чтобы он лечился, принимал терапию, он же будет источником распространения и дальше – на половых партнеров и так далее. То есть тут, по сути, стоит вопрос не просто «помочь зэку», а гораздо шире: остановить, например, эпидемию ВИЧ через ключевую группу живущих с вирусом.

В этом же направлении – здоровьесбережение – вопросы по наркомании. Ведь 70% заключенных находятся в колониях по статье 228 (незаконный оборот наркотиков. – Прим. АН «Доступ»), ее даже называют «народная статья», являются наркопотребителями. Не поможешь им после освобождения – все вернется. То есть в этой теме очень много подтекстов, через помощь бывшим заключенным мы, на самом деле, решаем гораздо более широкие вопросы…

Второе направление работы – это права и юридические вопросы, такие как право на жилье, часто бывает, что родственники, пока человек сидит, обманывают и продают квартиру, юридические моменты – восстановление документов, судебные тяжбы, долги, кредиты и так далее. Мы помогаем людям заполнять ходатайства, учим правильно составлять обращение в банк, чтобы банк, например, снизил пени, которые начисляются, пока человек отбывает наказание.

Третье – это социальное направление: трудоустройство, крыша над головой, восстановление семейных отношений, которые часто бывают нарушены из-за недоверия, обид, просто долгого отсутствия, наконец.

Вот три компонента мы определили. И специалист, когда интервьюирует человека, определяет, на чем делать первостепенный акцент. Например, на здоровье: вот вам нужно сделать инвалидность или продолжить лечение и так далее.

В принципе, освободившись, человек, если он прям сильно захочет, он, конечно, может пройти этот «квест». Но, допустим, ему надо получить какие-то субсидии – он должен идти в социальную службу, ему нужно решить вопросы по здоровью – он должен идти в какую-то больницу, где ему скажут: «Где ваш полис? Идите по месту регистрации».

- И вообще, мы документы через МФЦ принимаем – вы зачем сюда пришли…

- Да! И в конце концов, все пошлют его… в МФЦ. И вот он раз сходит, два – и все, больше никуда не пойдет. Это проверено уже годами работы.

А есть еще очень важный момент – это вопрос дискриминации. И это четвертое направление, по которому мы начнем плотно работать в ближайшее время. Дискриминация людей, которые имели опыт осужденности. Вот буквально сегодня звонок: парня не берут на работу, хотя изначально он работодателя устроил, уже почти взяли, но служба безопасности пробила – а у него есть судимость, ему сказали: извини, мы тебя не возьмем, хотя он хороший электрик, хороший специалист, но… Да, человек оступился, совершил какое-то действие незаконное – и отбыл наказание, освободился, у него семья, дети…

- А что в законодательстве на этот счет написано?

- Это коммерческие организации, и на сегодняшний день они имеют право брать человека на работу или отказывать. То же касается людей, живущих с ВИЧ. Хотя на сегодня каждый сотый житель Челябинской области живет с ВИЧ, но работодатель если узнает – то все! Прямо как от огня, от него отшатывается. Хотя это тоже неправомерно. Есть всего несколько направлений, на которых однозначно нельзя работать людям с ВИЧ – практикующими хирургами, например, они не могут быть.

- И как вы планируете с этим бороться?

- Хотим обратиться в прессу, вынести вопрос на широкое обсуждение, актуализировать тему в обществе.

- А тема, согласитесь, достаточно табуированная…

- Да-да-да. Повторюсь, это спецконтингент: и жулики есть, но много и тех, кто по глупости сел, ошибся, а за время отбытия наказания изменил свой образ жизни и отношение к жизни.

- Но вы наверняка встречались и теми, кто скажет, что помогать таким людям – только время тратить… И приведет пример. Скажем, совсем свежий случай в Ярославле, когда освобожденный изнасиловал и убил двух девочек… Или у нас в регионе был случай, когда отбывший наказание педофил – он был неофициально трудоустроен, кстати – взялся за старое и заманивал детей под предлогом помочь котятам… 

- Что касается таких случаев, когда бывший осужденный совершает повторное преступление… Ни для никого не секрет, что есть какой-то процент, так сказать, «хронических преступников» – неисправимых, которые всегда будут совершать преступления. Это факт. И вот наше «Социальное бюро» с принципом «одного окна» как раз поможет определить мотивацию человека, желание изменить свой образ жизни, изменить отношение к труду, обществу, семье, самому себе. Интервьюирование уже дает понять, нужно ли в человека вкладываться и помогать ему. Мы, конечно, стараемся помогать всем, но более глубоко – тем, у кого есть это желание, эта внутренняя мотивация.

Это тема очень актуальная, поскольку долгое время заключенные отбывают наказание и привыкают, что за них все делают.

- Как в детдоме – чай уже сладкий…

- Именно! Он освобождается и не приспособлен к жизни, потому что еду ему готовили – он просто приходил по часам и принимал пищу, работать – там тоже у них по желанию, крыша над головой есть, заботиться особо ни о чем не нужно. И когда он освобождается, он именно неприспособлен… Но судя по многолетнему уже опыту работы, скажу, что большая часть все-таки  старается прилагать усилия и каким-то образом адаптироваться в этом обществе. Хотя, конечно, всегда будут люди, которые освобождаются и повторно совершают, в том числе, очень тяжкие преступления. Всегда это было и будет. Но мы не хотим, чтобы из-за, извините за выражение, моральных уродов, страдали все остальные. Там много хороших людей. И много случаев, когда человек попал за решетку, ну, реально по глупости или за компанию – и  сразу на три-четыре года. И конечно, освободившись, такие люди, как говорится, локтем перекрещиваются и совершенно не хотят туда возвращаться.

Но если тут, в реальной жизни, если не он пройдет этот квест адаптации, столкнувшись с дискриминацией, непониманием, какой-то отверженностью, неумением заполнять документы, в конце концов, – его, скорее всего, просто затянет обратно, в привычный мир.

- Алексей Валерьевич, сколько человек работают сегодня в этом социальном бюро?

- На сегодняшний день восемь человек, и этого, в принципе, достаточно.

- И какова «мощность» вашего предприятия – то есть скольким людям и за какой период вы можете помочь?

- У каждого из этих восьми человек расписаны функции: кто-то занимается обработкой анкет, кто-то – кейс-менеджментом, сопровождением. В  среднем, кейс-менеджер (считай: социальный работник, хотя это чуть другое) может вести в месяц до 12 человек. У нас сейчас четыре кейс-менеджера, два юриста, один психолог и один информационный менеджер – принимает и интервьюирует.

- А ведомства какие-то помогают?

- На сегодня нас активно поддерживает центр СПИДа Челябинской области, Минздрав и министерство социальных отношений, Уполномоченный по правам человека Сударенко Юлия Александровна. В работу по системе «одного окна» включились мы, фонд «Источник надежды», вторая организация – это НКО «Прикосновение к жизни» и третья – Общественная наблюдательная комиссия, ОНК. Также нашими партнерами в этом механизме являются Общероссийский фонд помощи заключенным, у нас есть поддержка Общественной палаты России и Общественной палаты Челябинской области. Все понимают, что это очень важная тема, но ею мало кто занимается, никто не хочет брать ответственность за эту работу.

А мы готовы и сейчас регистрируем Ассоциацию «Социальное бюро», чтобы в нее могли входить организации, которые оказывают помощь заключенным, реабилитационные центры и так далее.

- Конкретные примеры помощи бывшим заключенным уже есть?

- Такие случаи  есть, уже около 15-ти за три месяца. Это уже законченные кейсы. Например, человек готовился к освобождению, у него есть целый комплект различных заболеваний – ВИЧ, гепатит, туберкулез. Узнал о своем ВИЧ-положительном статусе только в местах лишения свободы, и своим родным и близким не сказал, потому что побоялся, что от него вообще все отвернутся. Мы с ним еще встречались в колонии, он подошел, сказал: «Я просто в страхе!» Он родом из Златоуста, и мы договорились, что мы ему максимально окажем помощь и поддержку.

- Моральную?

- Не только. Пообещали, что освободившись и вернувшись в родной город, он быстро и без проблем при нашей поддержке встанет на учет, начнет принимать антиретровирусную терапию, начнет лечение по туберкулезу. А когда встанет вопрос разговора с родственниками, то наш психолог поможет ему. И они встречались с его супругой и проговаривали этот вопрос. Так и получилось. Как только он освободился – мы сразу передали ему все контактные данные, созвонились с инфекционной больницей, его приняли – без очередей, по принципу «зеленого коридора» – и сразу начали лечение.

- У вас такое влияние и связи?! А какие ближайшие планы? Увеличивать охват?

- У нас в области 18 исправительных учреждений, но мы на сегодня сосредоточились на Копейске и Челябинске. С остальными мы пока выстраиваем алгоритмы взаимодействия.

- В ИК люди отбывают наказание люди не только из нашей области, но и из других регионов – их вы тоже готовы сопровождать?

- Да, мы никому не отказываем, и у нас есть партнерские взаимоотношения со всем Уральским федеральным округом: Курган, Тюмень, Свердловская область. Также мы взаимодействуем вообще по всей России, потому что ОНК – работает по всей России, и у нас есть контакты со всеми ее подразделениями по стране. Поэтому когда человек освобождается здесь, на Южном Урале, мы ему оказываем первичную помощь и поддержку – документы, например, помогаем восстановить или что-то экстренное, а потом перенаправляем его нашим партнерам, тем, кому мы доверяем.

- То есть вы гарантируете, что человека не бросят на произвол судьбы и в другом регионе?

- Сто процентов. Видите ли, с осужденными очень важна такая вещь, как доверие. Не будут доверять – не пойдут к нам.

- А как выстроить это доверие?

- Только через дела. Мы 7 лет работаем уже с ГУФСИН, проводили лекции – по здоровьесбережению, по оформлению документов, Люди в процессе начинают задавать вопросы. Потом кто-то освобождается – мы оставляем всегда свои контакты, они обращаются – мы им помогаем: где-то просто консультируем, где-то прямо «за ручку» сопровождаем. И постепенно уже сложилось определенное мнение о нашей организации, люди начинают верить. И когда мы запустили вот этот проект – «Социальное бюро» – у людей стало еще больше понимания. И доверия.

Беседовала Ольга Бороденок

Запрещены комментарии, содержащие нецензурные выражения и противоречащие законодательству РФ. Редакция сайта за размещенные личные мнения, сообщения, опубликованные частными лицами, ответственности не несет.

Интервью / другие новости из раздела

Виктория Мещанинова, главреж Камерного театра: Не научилась пить из горла и матюкаться Яна Летт, писатель: Литература для меня всегда была не только искусством, но и способом убежать от обыденности Ирина Андреева, филармония: На фестивале джаза орган прозвучит в дуэте с ситаром и вибрафоном Михаил Сальников, главный тренер ФК «Челябинск»: Настраиваем ребят на победу в каждом матче Константин Арестов, ФК «Челябинск»: Делаем ставку на своих воспитанников, голодных до побед Гендиректор «Трактора» Иван Савин: Мы не настолько богаты, чтобы покупать дешевые вещи Святослав Накоряков, ВК «Динамо-Уралочка»: Бронза – хорошо, но хотелось большего Евгения Шекунова, офтальмолог – о детской миопии: Симптомы, причины и способ профилактики Галина Грузинова: Подача документов в первый класс – это скорость и немного везения Павел Чикановский: Пришлось полностью переучивать текст «Кармен» Владимир Ошеров: Челябинская филармония подготовила 30 абонементов на юбилейный сезон Сергей Черепенин, кардиолог: ЭКГ – пять секунд, которые продлевают жизнь
Опрос

Носите ли вы маски в магазинах и общественном транспорте?

  • Да, ношу
    37%
  • Да, на подбородке (чтобы не оштрафовали)
    16%
  • Нет, не верю, что она поможет
    18%
  • Нет – я уже привился (-ась)
    17%
  • Нет – езжу на авто и заказываю доставку
    12%

Всего проголосовало: 404

Все опросы