Смертная казнь должна присутствовать в российских законах
Конституционный суд подтвердил, что мораторий на смертную казнь будет действовать в России и после 1 января 2010 года. Это решение можно расценивать, как «не нашим и не вашим» – все свели к Госдуме: мол, это только в компетенции парламента – ратификация договора с Советом Европы. Весьма неоднозначное решение, впрочем, и мнения по смертной казни в нашем обществе неоднозначны.
Конечно, часто говорят о возможных судебных ошибках. Тем более что такие ошибки действительно были. В той же Америке всем памятно громкое дело «Сакко и Ванцетти». И в отечественной системе правосудия случались неправедные смертные приговоры – в Ростовской области по делу Чикатило, в Витебской, в соседней Свердловской. Кстати, считаю, что заслуга правоохранительных органов и судов Челябинской области состоит в том, что в нашем регионе, если, конечно, исключить политические репрессии, таких ошибочных приговоров не выносили.
Лично мне не случалось поддерживать обвинение с вынесением приговора о высшей мере наказания. Из громких смертных приговоров помнится дело о банде Колчина. Но Колчин повесился в своей камере, не дожидаясь исполнения приговора. Банду Александра Морозова судили, когда в России уже действовал мораторий на смертную казнь. В советское время наказание, возможно, было бы более суровым – слишком серьезную роль играла эта банда в криминальном пространстве Челябинской области и даже за ее пределами. Тот факт, что и после того как Морозов был осужден, раскрывались старые преступления с его участием, увеличивались сроки наказания, говорит о многом.
Что же касается высшей меры как таковой, то с учетом того разгула преступности, который у нас сейчас наблюдается, я пришел к убеждению – уголовное законодательство и меры наказания должны быть адекватны криминальной обстановке. То есть смертная казнь должна присутствовать в российских законах. И применять ее должны в качестве кары за самые тяжкие преступления. Таковыми я считаю свершившийся террористический акт, повлекший за собой гибель людей и преступления в отношении малолетних детей на сексуальной почве.
При всем при том я не утверждаю, что смертная казнь должна часто применяться – это к возможным упрекам о моей кровожадности. Я человек не кровожадный, хватило бы единичных случаев как превентивной меры – для сдерживания преступности.
Многие уверяют, что ужесточением наказания преступность не искоренить. Речь и не идет о полном искоренении. Если стали строже наказывать за нарушение ПДД, это вовсе не означает, что аварий на дорогах больше не будет. Но было достаточно повысить штраф для тех, кто не пропускает пешеходов на пешеходном переходе – абсолютное большинство водителей стало притормаживать.
И конечно, для вынесения приговора должна быть абсолютная доказательная база. Такая база собрана, к примеру, в раскрытии жестокого убийства девочек в Златоусте.
А тем, кто считает себя «защитником высших ценностей» и кивает на Совет Европы, я бы хотел привести в пример США, где недавно было исполнен приговор в отношении так называемого вашингтонского снайпера. И Совет Европы живет в обнимку с США и не навязывает свою конвенцию, как не навязывает ее Китаю, где казнят даже за коррупцию.
Коль уж так случилось, что мы допустили разгул страшной преступности, то теперь мы обязаны свое общество защищать.