Сегодня в Челябинском областном суде был завершен процесс по делу об убийстве заключенных в копейской колонии № 1. Приговор начали зачитывать во вторник, 24 мая, и лишь в пятницу добрались до резолютивной части. Обвиняемые приходили в суд с родственниками и друзьями, некоторые предусмотрительно оделись в спортивные костюмы, собрав с собой сумки с вещами.

Начальник регионального управления ФСИН Владимир Жидков в здание суда вошел, как и положено начальнику, в костюме, с пухлым портфелем из коричневой кожи, и в сопровождении крупного мужчины, который выполнял роль секьюрити, старательно загораживая его от операторов.

В зале суда за стеклом стояли двое пострадавших по делу, заключенные, прибывшие с тем самым этапом, который был избит сотрудниками колонии.

Судья зачитывал приговор глухой скороговоркой: смягчающие обстоятельства, отсутствие судимостей, наличие детей и хорошие характеристики с места работы нашлись у всех обвиняемых, суд не принял их во внимание, однако учел, что действия большинства подсудимых не имели тяжких последствий для общества.

В итоге восемь человек из тех, кто избивал заключенных, получили реальные сроки лишения свободы, которые им предстоит отбывать в колонии строгого режима. Еще 10 человек были приговорены к условным срокам.

Когда зачитывали приговор Владимиру Жидкову, он лишь слегка повернул голову, не изменив выражения лица. У генерала уже есть приговор, который нельзя ни обжаловать, ни отменить. «Жидков нуждается в проведении лечения, химиотерапии», – сообщил судья.

Завершив читать приговор, судья Игорь Зубенко сообщил о том, что он вынес два частных определения. Перебирая бумаги в папке, судья никак не мог найти нужные, и руки его в этот момент заметно дрожали. Когда листки были найдены, судья сообщил, что вынес определение в адрес генерального прокурора Юрия Чайки с требованием обратить внимание на факт нарушений УПК, допущенных его подчиненными. Действия конвоиров были квалифицированы, как преднамеренное убийство, однако в ходе судебных разбирательств эту статья заменили на «причинение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть». Суд счел, что следователи искусственно изменили подсудность и придали делу большую статусность. Прокуратура же направила заключение в суд, не указав следствию на ошибки.

Второе определение суд направил директору ФСИН России Александру Реймеру. Когда судья зачитывал текст документа, причины его волнения стали понятны. Игорь Зубенко взял на себя смелость поставить под сомнение существующие порядки в системе ФСИН. Он указал на то, что действующие рейтинговые оценки внутри службы не отражают реальной ситуации в местах лишения свободы. Так, Челябинское управление ФСИН регулярно занимала ведущие позиции в этих рейтингах, в то время как заключенные подвергались изощренным издевательствам. Судья вновь перечислил то, что происходило в копейской колонии. Заключенных, которые отказались вступать в секцию правопорядка, не просто избили резиновыми палками. Закованных в наручники, полностью раздетых людей заставляли чистить туалет зубной щеткой, зажатой в зубах, доставать зубами красные повязки, скандировать лозунги «Копейская колония – лучшая» и петь песню «Владимирский централ», заменяя слово «владимирский» на «челябинский».

«Все это было направлено на то, чтобы сломить волю заключенных, лишить чувства человеческого достоинства, и никак не содействовало их исправлению», – сказал судья. При это никакой негативной реакции начальства это не вызвало, никак не отреагировала на случившееся и комиссия, приезжавшая из Москвы. Если бы не смерть четырех человек, никто бы не узнал, что происходит в копейской колонии, сделал вывод суд.

Когда судья приказал приставам взять под стражу подсудимых, приговоренных к реальным срокам лишения свободы, за барьером началась толчея.

Те, кто был приговорен к условному сроку, старались поскорее выбраться из зала. «Давайте, пацаны!» – бодро выкрикнул один из подсудимых и поспешил покинуть судебное помещение.

Подсудимых взяли под стражу прямо в зале суда. Несколько человек спустились вниз на улицу и вернулись с объемными сумками. «Я сейчас камеру разобью!» – выкрикнул один из них в сторону операторов и, остановившись, показал всем собравшимся журналистам средний палец.

Здесь же возле здания суда одна из родственниц осужденных начала кричать о несправедливости приговора. «Тогда отпускайте на волю преступников, пусть грабят, убивают, раз тех, кто их охранял, – в тюрьму», – плакала женщина.

Неожиданно она начала терять сознание и упала на землю.

Ее на руках отнесли в машину приставов и вызвали скорую помощь.

Через некоторое время бывших тюремщиков под конвоем вывели с черного хода и посадили в автозак. Машина с запертыми в ней заключенными выехала из судебного двора.

Анна Пономарева,
фото Артема Устюжанина